belash_family (belash_family) wrote,
belash_family
belash_family

Categories:

Сорт Кандагар

Опубликовано - журнал "Мир фантастики" № 3 (103), 2012 г.

Дрон появился в небе над ельником внезапно – узкая серая тень в синеве. Крикнув подпаску: «Беги!», пастух звонко щёлкнул кнутом и загикал на коров. Была надежда загнать их в заросший овражек, от глаз дрона – но поздно.
Серый хищник взял вверх и, как с горки, перешёл в пикирование. Во избежание ошибки пилота-оператора мультиспектральная система наведения оцифровала цели – тепловой портрет, размер, – отличила людей от животных. Затем стандартный запрос на коровьи транспондеры: «Подтвердить номер лицензии». Ответных сигналов нет. Скотина нелегальная. Выбор – санитарный убой. Семь целей. Пуск!
Сбросив ракеты, дрон зашёл на круг, чтобы отснять результат и высыпать листовки.
В спину бегущего опрометью подпаска ударил трескучий гром, на голову посыпались сбитые ветки. Донёсся мучительный рёв раненой коровы – и оборвался. Под ногу подвернулась палая лесина. Паренёк оскользнулся на обомшелом стволе и упал в дикий малинник, расцарапав лицо и руки. Когда встал, звук дрона был уже далеко.
С опаской, согнувшись, выбрался малый из овражка, утираясь рукавом. Мёртвая тишь. Коровы, телята – все вповалку. Окровавлены и недвижимы – одна Зорька при последнем издыхании ногами дёргает.
Дядя Коля лежал, согнувшись под своим брезентовым плащом, словно хотел под ним спрятаться, как-то нелепо подвернув набок голову в потёртой кепке.
Всюду на лужке, как палая листва, валялись белые листки бумаги. Подобрав один и через силу вчитавшись – лишь бы на убитых не смотреть! – подпасок с трудом разобрал слова, написанные нелюдским, машинным языком:
«Убой животного произведён согласно санитарного регламента. Претензии на потерю животного не принимаются.
Пожалуйста, дальше соблюдайте закон о пищевой безопасности! Помните – животноводство и огородничество без лицензии СТРОГО ЗАПРЕЩЕНЫ! Нелицензированные продукты – это смерть, сальмонеллёз и кровавый понос, глисты, сап и сибирская язва. Будьте правосознательны! Мы готовы принять Ваше заявление о нелегальном производстве пищевых продуктов лично или по радио. Вознаграждение гарантируется».
– Дроньё поганое! – закричал подпасок в равнодушное небо, не замечая слёз. Руки сами собой рвали и комкали неподатливую, жёсткую бумагу. – Чтоб вы сдохли! чтоб сгорели! чтоб вашей мордой просо молотили!



После известия о гибели стада община дачников – и кто был на летовище, и кто разошёлся по огородным делянкам, – собралась в тесную хижину председателя. Мужики курили, молчали, бабы всхлипывали. Пастухову жену отливали за хижиной, она совсем без ума была.
– Ну что, пред, – начал здоровяк Петро-курятник, – значит, вычислили нас. Теперь в покое не оставят, пока всё дотла не выжгут.
– Спутник их наводит, – затараторил мелкий, щуплый пасечник. – С орбиты, сквозь облака видит. От него, паскуды, не укроешься! Эх, пропади оно пропадом!.. – шмякнул он кепкой об пол. – Ховались-ховались, а зря! Только завели летовье – и нА тебе!.. Кранты хозяйству, мужики! Опять, значит, садись на трансгенку, пухни да хирей!..
Завыли наперебой бабы, как им клапан сорвало:
– Сколько сил, сколько времени убили!
– Дети только отъедаться начали! Стали румяные, а тут… О-о-о-о!
– Бросать надо летовище, – скрипнул один, сжав кулак. – На север уходить – туда, говорят, дроньё не залетает. Или на реку, в плавни – рыбой прокормимся…
– Как это – уходить? – всполошился Миха-огородник, длиннорукий, загорелый дочерна. – У меня двадцать соток картохой засажено – сорт Кандагар, старинный, урожайный… В августе сбор, зреет быстро! От надёжных клубнистов, посевной матерьял рюкзаками несли, от дронья тайком. Ночами шли с-под Саратова…
– Умри ты со своим Кандагаром! – отмахнулся пасечник. – Широким лазером спалят все гряды, раз-раз, за три захода. Куда ты его денешь, Кандагар твой? по кусту выроешь, в другое место пересадишь?.. Пойди, попрощайся с картошкой. А вот пчёлки… пчёлок увезти можно!
– Лицензировать повезёшь? – скривился Петро. – Тебе скажут: «Дикие пчёлы, мёд неправильный». Канистра напалма, только и делов. Готовься сою с гормонами жрать – если в бабу не превратишься, то стручок точно завянет.
– Сбить надо дрон, сбить к дьяволу! – Миха, представив, как ботва и земля дымятся под лучом, вскочил и затрепыхал руками. – Можно ведь!.. Их мало осталось, другой не прилетит!
– Из берданки, что ли? – усмехнулся Петро с горечью. – Достань его картечью в небе!.. А вот он тебя достанет, хоронить будет нечего… Уходить надо. Что сможем – спасём, остальное бросим.
– Пред, ну скажи ты, как быть? – взывал Миха.
Сивый, сутулый, в морщинах – председатель молчал, слушая дачников. Что-то своё смекал в упрямой старой голове.
– Надо сбить, – молвил он кратко и веско. Все притихли.
– Как? Разве мы – бойцы? – Пасечник полез вперёд. – А у него – ракеты! скорость!
– Надо нанять бойцов, – сказал пред. Среди дачников возник нерешительный, боязливый ропот.
– Запросят дорого, – вслух усомнился Петро. – Опытный боец, со стажем, со знанием техники, просто так за дело не возьмётся. Это столько денег надо?.. Ещё баб себе потребуют! такие есть, натурой подавай…
– А если этих, эко-партизан? – загорелся Миха. – Они за идею, парни честные! Лицензионную сволочь люто ненавидят…
– И она их – взаимно, – осадил Петро. – Эко-партизан не сразу сыщешь, их каратели в такие дебри загнали, месяца три одних розысков.
Не глядя на спорщиков и не меняясь в лице, председатель продолжил:
– Надо нанять голодных бойцов, чтобы служили за еду. Ищите. Скажите им – будем кормить до весны. А теперь – идите. Заберите коров и Николая. Мясо – засолить, пастуха – схоронить.


В сельце при фактории – как в любом сельце: три сонных полицая, которые от обжорства трансгенкой уже в экзоброню не влазят, агент с помощниками, контора по найму и тыща жителей на прикорме. Одни мелочью торгуют, другие режут ложки, плетут из лозы, ладят лапти и прочее на сувенирный экспорт. Большинство не понять чем занято – ходят из пивной в бакалею, курят в теньке и точат лясы.
Оживляется сельцо лишь на привоз еды, ради драки или когда полицаи выкатывают из ангара броневик – показать, кто тут хозяин.
Случилась веселуха – завис бортовой комп. Аккурат посреди улицы. Рыкал мотор, машина дёргалась на месте, рывками поворачивала башню – и ни вперёд, ни назад. Что странно – изнутри никто не вылезал. Народ потянулся глазеть на потеху. Окружив броневик, мужики сперва хмыкали, потом стали острить.
Ожил – с хрипом, с запинками, – наружный мегафон:
– Позовите агента! Тут неполадки…
– Щас! – откликались из толпы. – Бегу и тапочки теряю!
– Я серьёзно! – надрывался мегафон. – Отказ системы! У нас не работает вентиляция! Кш… Пш…
– Герметично, блин. Интересно, долго они так продержатся?
– С час, может.
– Вдруг с отчаянья стрелять начнут?..
– Куда им! Всё на компе завязано, без него – никак.
Никто и не думал звать подмогу. К броне медленно подошёл рослый бритый молодчик. Похоже, был он из бродяг – в стоптанных армейских берцах, одетый в гуманитарку, рюкзак за плечами. Осмотрел крышку наружного входа, достал из рюкзака щипцы и отвёртку, поддел броневую чешую – та лишь цокнула, отскакивая. Примолкший народ наблюдал, как бритый возится в хайтековой начинке. Вот, вставил шлейф от облупленного пульта-переноски…
Люк броневика открылся с чмоканьем. Изнутри полезли, протискиваясь через проём, взъерошенные, красные от угара полицаи, жадно дыша чистым воздухом.
– Как зовут? – тут же с допроса начали.
– Сергей. – Бритый неспешно сворачивал шлейф, глядя твёрдо и спокойно.
– Откуда?
– С Волги.
– Ты… башка! Выручил. Говори, чего хочешь.
– Поесть бы.
– …и паспорт сделаем, на любое имя! – расщедрился старший в разумных пределах. – Оставайся, нам наладчик смерть как нужен. Зарплата, паёк…
– Спасибо. Одиночка я, волю люблю.
Вечером сытый бродяга вышел из полицейского участка – рюкзак потяжелел от консервов, – и зашагал по тёмной улице. Тихо-тихо за ним увязались двое, переговариваясь на ходу:
– Петро, а ты уверен…
– Нишкни, Миха. Я бойцов видал, электронщиков тоже. Умелец.
Завернув за угол, они лоб в лоб наткнулись на бритого – тот поджидал их:
– Если насчёт ограбить, зря стараетесь. Ведь покалечу.
– Мил человек! – взмолился Миха, разведя руками. – Картоха гибнет, двадцать соток – помоги!
– Вы что, двое не укараулите? – подивился бродяга.
– Колю-пастуха убили, – запричитал Миха, – Зорьку, Дарёнку, телят!..
– Так, постой. Кого убили, а кто гибнет?
– Дачники мы, хозяйствуем. Дрон к нам повадился…
– Может, за столом обсудим? – заманчиво молвил Петро. – Будешь сыт до мая месяца…


Отужинав от щедрот дачников, Сергей задумался. Консервы лучше прикопать в укромном месте. Как оно сложится, ещё неясно, а схрон жратвы на чёрный день пригодится.
Правда, для начала он провёл над мясом радиометром – армейская привычка. Буржуины ещё с балканских войн наловчились засевать чужие земли обеднённым ураном, чтоб навек порчу навести и пресечь сельское хозяйство на корню. Голодаешь? топай за гиблой трансгенкой, на факторию.
– Это – не броневики вскрывать, – сказал Сергей сразу. – Дрон – хайтек серьёзный…
– Но уж ты, наверно, валил их раньше?
– …в одиночку не сладишь. Нужны оружейник и наводчик.
– Так найди! Тебе виднее…
– …и кормом для бойцов не обойдёшься.
«Сейчас бабу потребует, – нахмурился Петро. – Надо тех, кто получше, на дальних займищах попрятать – от греха».
– Велик ли дрон? Чем вооружён? Как часто прилетает? – твёрдо спрашивал бритый, что-то вычерчивая на столе жалом отвёртки. Мужики, путаясь и споря, называли приметы серого убийцы.
«Тяжёлый, – определил в уме Сергей. – Не иначе, летает с базы Сирт в Прикаспии. Средние дроны, следящие – на автоматике; для дальних, тяжёлых нужен живой персонал. Северней Волгограда нет мачт с импульсными генераторами, чтоб подзаряжать дрон на лету, сюда только с топливом в баках. В эти края боевое дроньё редко является – про большие разорения я что-то не слыхал… Значит, машин в Сирте осталось мало – хватает только чтобы дачников запугивать».
– В общем, кое-чего прикупить придётся. Недёшево. Месяц уйдёт…
– Месяц! – Миха всплеснул длинными руками. – Через месяц Кандагар созреет, копать пора! Они, дьяволы, сроки знают – прилетят загодя, раньше, чем ботва пожухнет… Скорей бы…
– Попробуем, – неопределённо ответил Сергей. Его чем-то напрягал михин заветный сорт. «Нашли же, как назвать!..» В памяти маячило, блуждало старинное: «Над Кандагаром бескрайнее небо…»[1] Пустыня, зной, пыль, бой – тревожное название.


Спец по железу и наводящий на дороге не валяются, даже с великой пьяни. Умелого мастера из пивной на руках носят баиньки, чтоб, храни боже, на земле не застудился. Запасшись говяжьей солониной, Сергей пустился скорым ходом по округе.
Ресурсный голод и разруха своё дело сделали – под ногами ни гвоздя, ни проволочки. Умельца, гораздого технику ладить, каждая община бережёт вплоть до сажания на цепь. Но Сергей знал, как высматривать нужных людей.
Скажем, день знойный, дрова от жары пахнут смолой, а чернявый, жилистый, высокий дровосек рукава не засучил. Заметил гостя – и руки скрывает. Потная рубаха на груди застёгнута. Значит, армейские наколки прячет…
«А вот я свои покажу, рукава-то закатаю. Пусть видит, с кем дело имеет».
– Батрачишь? – спросил он дровосека, достав солонину и отрезав хлеб. – Садись, передохни и закуси. Бог велел делиться.
Разговорились. Мало-помалу, осторожно, дровосек открылся – мол, топор кормит, а всё равно душа техники просит. Звать Романом.
– Так и ходишь с хутора на хутор, как шатун?.. Есть работёнка по профилю, наладить кое-что… И зимовать пустят.
– На бандюков не работаю, – посуровев, Роман резко встал. – Пусть сами железо чинят, сами на нём подрываются. За угощение – благодарствую.
– Дачникам помочь, в смысле защиты.
– А-а, это можно, – слегка оттаял жилистый верзила. – Шайка беспокоит? сколько стволов?
– Тяжёлый дрон. Ракеты, пушка, лазер, поддержка со спутника.
– Хе! всего-то? Мне нравится, как ты оцениваешь свои шансы… Думаешь один осилить?
– Почему один?.. вторым будешь?
Дровосек почесался, посмотрел хитро на бритого и поманил за собой в сарай:
– Идём, что покажу.
Под досками, под ветошью лежал заботливо припрятанный «Пассат» – ракета не из крупных, но в роли «земля-воздух» на высоту до десяти кэмэ вполне пригодная.
– С собой ношу. Прихватил с базы, когда нас расформировали вчистую. Думаю – вдруг понадобится?
– Рома, ты гений! Ещё чего прихватил? Не поверю, чтоб такой хозяйственный мужик одним «Пассатом» ограничился…
– Есть кое-что, в схронах положено, – улыбнулся дровосек с гордым прищуром. – Достать недолго…
Третьего искали уже вместе. Шли верняком, на большой техногенный раскоп. Не на свежий – там велик риск нарваться на охрану, – а на старый, сильно выработанный, откуда выбраны все крупицы церия, неодима и лантана. В этих ядовитых, лучащих карьерах всегда роются фанатичные энтузиасты в надежде найти среди ископаемого хлама какой-нибудь работоспособный гаджет.
Из ямины, как чёрт из табакерки, навстречу им поднялся молодой сталкер-старатель. Из-под кожаного шлема торчат светлые пряди, лицо измазано, руки в грязных перчатках уверенно держат пистолет:
– Тут мой раскоп. Если покупать пришли – продам, нет – проваливайте.
Сергей с мирным видом присел на корточки:
– Комп системы наведения найдётся?
Ухмыльнувшись – но пистолет не опустив, – сталкер вгляделся в незваных гостей:
– Вы, я вижу, не из бандюков… Налётчики без компа управляются.
– Коллекционеры мы. Антиквары, бортом клянусь, – пробасил Рома. – Ретро собираем.
– А комплекс радарный по деньгам потянете? Я бы смонтировал.
– За сколько дней? – Сергей перешёл на конкретный язык.
– М-м-м… в неделю. За центнер консервов.
– Натуральное мяско пойдёт? Яички, куры копчёные…
У сталкера ствол в руках дрогнул:
– Честно? без гормонов?..
– Никакой отравы. Натур-продукт!
– Кончай рекламу, – намекнул Рома. – Угости, пусть пробует.
Блондин проворно выкарабкался из ямы, сдёрнул перчатки и поздоровался – Витя, системный инженер космических войск, ныне вольный старатель и бомж.
Чтоб унести найденное им на древней свалке – «Так, дребедень всякая, для монтажа – пойдёт», – троице пришлось так навьючиться, что даже Рома крякнул.
Дачники встретили их с хмурым и недоверчивым любопытством – чего ждать от этой шайки? смогут ли?.. Девчат видно не было – одни матёрые старые бабы. Эту предосторожность Сергей предпочёл не заметить. Сразу отвёл своих к преду и, после знакомства, быстро перешёл к расспросам по теме:
– Всё купили?
– Кое за чем гонцы отправлены, скоро вернутся. Остальное на складе.
– А девочек тут нет? – оживлённо озирался Витя, в пути посвежевший и отдохнувший. Самогон на столе, малосольные огурчики, сало и неказистый, но душистый хлеб-самопёк наводили его на мечты о продолжении банкета.
Его вопрос остался без ответа. Позже, снаружи, Сергей покрутил пальцем у виска:
– Ты знал, о чём спросить. Боец, наёмник – это девичья погибель. Тебя кем считают? Крутым. Людям невдомёк, что ты церием протравлен. Молоком надо год отпиваться, опёнки жрать, прежде чем к девчонке подходить. Да, одёжку свою и обувку – сними, запаяй в консерву и захорони в поганом месте.
– С чего?!
Сергей молча протянул ему радиометр.


– Эти компоненты, – учил Витя паренька-подпаска, – растирают в ступке, каждый по отдельности. Смешивают по грамму, птичьим пёрышком. При этом твоя рожа должна быть закрыта тряпкой, а глаза – очками, если не хочешь зваться Митяй Кривой.
Подпасок старался, растирая, даже пот выступил и язык высунулся. Белобрысый боец больше не бил его за криворукость, даже стал похваливать:
– Растёшь, партизаном будешь. А сестрёнка у тебя есть?.. О, есть! привёл бы, познакомил.
Привёл – четыре года от роду. Витя умилился на малявку и отдал ей свой кусок пирога.
За ужином у преда сверяли планы и делились сомнениями. Прислуживал лохматый молчаливый вьюнош в широкой толстовке и мешковатых джинсах. На столе возник дымящий чугунок – Кандагар варёный, первого выкопа, с конопляным маслом, от Михи, – затем четверть медовой бражки, соления. Само собой, штабные карты в сторону, пошло обсуждение через стакан.
Витяня рассуждал авторитетно, он один в тонкости знал координацию врага:
– Спутник, конечно, очень зрячий, но картошку не увидит. Гнездовые посадки по краям перелесков, с учётом суточного освещения – грамотно придумано. Аналитическая система решит, что это малинник… А вот стада система опознает чётко. Пасёте по графику? в смысле локаций.
– Без, – покачал пред седой головой. – Есть человек… владеет методом случайных чисел, он и говорит, когда в роще пасти, когда на лугу. Поголовье разбито на три группы… теперь на две.
– Просчитать вылеты дрона ваш спец не пробовал?
– А ты вместе с ним займись, – предложил старик. – Две головы – лучше… Нина, поможешь человеку? – обратился он к лохматому вьюнцу.
Стриженая девица – ишь, худышка, замаскировалась! – нерешительно улыбнулась и кивнула:
– Можно.
– Малинник, – помотал башкой Рома. – Везёт некоторым…
Сергей, словно невзначай, стал поигрывать радиометром.
– Однако, как по-твоему, – продолжил пред беседу, – есть закономерность рейдов?
– А то ж. – Витя прозревшими глазами сканировал напарницу. – Голод не только в ресурсах – в умах тоже. Есть программа, её лет сорок юзают, замены нет. Можно спрогнозировать…
– Выжидать не резон, – заметил Сергей. – Его надо выманить на цель. Опасно, не спорю, но тогда дрон пойдёт в рейс, когда нам надо. Там, в Сирте, сочтут, что разгадали ваш график…


– Хорошо бы пилотируемый был, – мечтал Рома, залегший в овраге у пусковой установки. – Люблю я, когда вражина в мясо разлетается.
– Даже не думай. – Сергей на прощание похлопал здоровяка по плечу. – Всё на дистанционке. И на том конце сидит жвачный жирдяй, тупой как пень, чемпион игровой приставки. Или девушка центнера на полтора, газировкой опузатившись. Удачи!
– Будет и на нашей улице праздник – доберёмся и до Сирта...
Августовский день млел в лесной тиши, цвиркали птахи, жужжали оводья. Муляжное стадо-приманка – каркасы в рогоже, с тлеющими внутри жестяными жаровнями, – «паслось» точно в расчётный час. Мобильная связь трижды проверена, взаимодействие отлажено, осталось ждать.
Послышался глухой гул.
– К бою… товсь! – Сергей вёл силуэт дрона глазами цифрового бинокля, считая расстояние по светящимся цифрам. – Внимание… Пуск!
Первая ракета взвилась со скрытой позиции в леске и пошла на сближение с дроном. Хищник вильнул, отстрелил противоракету, да поздно – магниевая вспышка полыхнула с упреждением. Видеокамеры дрона ослепли, система вырубила жирдяя в Сирте – хоть бы он гамбургером подавился! – и перешла на автопилот. Секунда, две – сейчас спутник возьмёт управление на себя…
Но следом взлетел «Пассат» из оврага.
В небе ударил гром. На месте летящего дрона возникло огненное облако, пылающим дождём посыпались осколки.
– Так-то, – выдохнул Роман. – Люби нас, ходи мимо!


– Может, останешься? – без нажима, скорее из вежливости переспросил пред. – Слово сдержим, живи до весны…
– У вас хорошо, но…– замялся Сергей. – Отдыхать – не мой стиль. Тут мхом покроешься, лопухи из ушей полезут. Дело нужно, работа настоящая.
– Где?
– Искать надо. Слышно, за Уралом лётную базу восстанавливают, даже институт – пойду в испытатели.
– Почему один? – удивился Рома. – Пошли вместе.
– Бог в помощь, мужики. – Председатель с лёгким сердцем пожал им руки. – Если что, наше летовище – ваша база. Продуктов возьмите в дорогу.
– Вот! – Миха брякнул к ногам бойцов небольшой, заботливо увязанный мешок. – Картохи на посадку. Людям подарите, пусть по Руси расходится.
– А я… – Витя отводил глаза, посматривая, не мелькнёт ли в стороне знакомая толстовка, – я, пожалуй, воспользуюсь гостеприимством. Народ тут отзывчивый, специалист в хозяйстве нужен… Но как понадоблюсь – звоните, помогу.
– Молоко пей, не забывай, – попрощался Сергей. – Оно радионуклиды выводит.
– И смолу жуй, еловую, – с самым серьёзным видом посоветовал Роман. – Очень для мужчин полезно.
– Зачем смолу-то? – спросил Сергей, когда они уже порядком удалились от летовья.
– Болтать меньше будет, и приятный запах изо рта…
Они шли и на ходу мечтали вслух. Будет, будет праздник. Настанет время, когда можно искупаться в реке, в чистой прозрачной воде, где в затонах спят карпы, лениво шевеля плавниками. И бескрайнее синее небо, и весной земля покрывается белым облаком цветущих садов, а летом – золотым ковром пшеницы.
А Кандагар – просто сорт картошки.


© Людмила Белаш, Александр Белаш, 2012





[1] стихи Тимура Кузьминых (Dino MC 47)
Tags: рассказы
Subscribe

  • Шанс для Марса

    Большое спасибо bvi, напомнившему о программной речи Тускуба, генсека панмарсианского Совета Инженеров - " Мы не спасём…

  • Легенда о восьми псах-воинах клана Сатоми

    В дополнение, из матчасти к одному старому докладу. Памятник Фусэ-химэ и Яцуфусе в Японии Кто они такие? Об этом стоит рассказать…

  • Остров Россума

    (доклад на Зилантконе-2018) Адресуется, в частности, red_atomic_tank , которому было обещано Источник изображения -…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments